Финальный отсчет путинской эпохи. Владислав Иноземцев — о последствиях мобилизации для экономики и Кремля

За последние годы все кому не лень, по поводу и без, применяли популярную формулу о том, что «мы проснулись в другой стране». Обнуление сроков кремлевского узурпатора, арест Алексея Навального, признание «независимости» ДНР и ЛНР и российское вторжение в Украину — все эти события получали один и тот же похожий отклик. Однако сегодня, вероятно, стоит признать, что ни одно из них не заслуживало подобной оценки: объявленная 21 сентября мобилизация стала вехой, по-настоящему разделившей новейшую российскую историю на «до» и «после» — событием, начавшим финальный отсчет путинской эпохи.

Я не стану говорить о моральной стороне вопроса — оценивать, изменит ли начавшийся геноцид российского народа ситуацию на украинском фронте; и углубляться в историю, сравнивая нынешнюю и прежние мобилизации. Ограничусь оценкой экономического эффекта происходящего. Он, уверен, не останется незамеченным никем из россиян, придав резкое ускорение тому хозяйственному кризису, предпосылки которого были заложены самим фактом российского вторжения в Украину.

О мобилизации мы знаем от кремлевских чиновников (не слишком много) и от самих россиян (намного больше). Со слов властей, в армию предполагается призвать 300 тысяч человек — в основном тех, кто имеет военные специальности и опыт, со строгим ограничением по возрастам, после получения ими повесток из военкоматов. Со слов простых людей, «квоты» на отдельные районы центральных областей России достигают 800 человек; из ряда регионов предполагается призвать до 20 тысяч — и все это скорее подтверждает утечки о реально поставленных задачах отправить в войска миллион или даже 1,2 миллиона человек. При этом повестки приходят людям самых разных возрастов и уровней образования, а представители военкоматов, милиции и росгвардейцы начинают повальные облавы на мужчин, останавливая их на улицах, в метро или на стационарных пунктах дорожной полиции. Эти «особенности национальной мобилизации» обусловливают поистине катастрофические последствия для отечественной экономики.

Если подходить к вопросу чисто формально и предполагать, что подавляющее большинство россиян горит желанием сложить голову или стать инвалидом в Украине, защищая интересы путинской бюрократии, то ситуация не выглядит экстраординарной. Из десятков миллионов патриотов можно легко набрать 300 тысяч и даже миллион человек, отсутствия которых экономика вообще не заметит.

В стране официально насчитывается 3,1 млн безработных, 700 тысяч частных охранников, не менее 100 тысяч персональных водителей, 80 тысяч депутатов различных уровней и множество других столь же полезных для экономики граждан. Крупные российские компании имеют персонал, в разы бóльший, чем в соответствующих западных корпорациях; в «бронированной» от мобилизации РЖД занято 774 тысячи человек — столько же, сколько во всех железнодорожных компаниях Европы, суммарная выручка которых превосходит доходы российской монополии более чем в 7 раз. Однако это если бы, с одной стороны, граждане с готовностью шли на войну, и, с другой стороны, государство знало меру и было привержено хотя бы элементарной законности.

Ни то, ни другое к современной России не относится. Поэтому бессмысленно оценивать потери экономики от «выгрызания» из нее миллиона работников; проблема состоит в другом.

Сегодня видно, что власти хотят относиться к населению как к скоту, но их многое сдерживает — прежде всего, ожидание обратной активности. Это создает условия для непропорционально большой мобилизации населения в отдаленных районах, сельской местности и небольших городах. Уже известны примеры с Дальнего Востока, из Бурятии или Якутии, когда на сборные пункты из некоторых сёл свозится чуть ли не половина мужского населения. Это означает, что и без того давно стагнирующая местная экономика окажется на грани краха; тысячи семей останутся без доходов, а местный средний и мелкий бизнес просто вымрет. Мне кажется, что если до мобилизации можно было говорить о том, что российский ВВП снизится в этом году на 4–5%, то теперь мой весенний прогноз о 10-процентном падении кажется чуть ли не излишне оптимистичным.

читать дальше

Альфред Кох: Если не к 9 мая, то к ноябрьским праздникам у Путина просто не будет армии

Бывший вице-премьер РФ Альфред Кох подвел итог первых 4-х недель войны:

Китайцы смогут зайти в Сибирь, как к себе домой.

— Прошло четыре недели войны.

Российское наступление окончательно выдохлось. Путину нужно предпринять какие-то сверхусилия, чтобы вдохнуть новую энергию в свое войско.

Но пора подвести некоторые итоги. Поэтому сегодня я займусь вычислениями. Начнем с потерь. Каковы потери путинской армии? Все известные оценки умещаются в интервал от 7 тыс. до 14,4 тыс. убитых. Возьмем цифру 10 тыс. как более-менее реалистичную.

Много это или мало? Я решил сравнить эти потери с потерями в Великой отечественной войне. И вот какой результат я получил. Всего в Красную армию за период войны было призвано 29,6 млн человек. Накануне войны у Сталина была армия численностью 4,8 млн человек. Итого, так или иначе, через войну прошли 34,4 млн человек.

Общие потери убитыми (на поле боя и в госпиталях) составили 6,8 млн человек. Таким образом, было убито около 20% всех участвовавших в войне солдат Красной армии. Война длилась 1418 дней. Следовательно, Красная армия в боях ежедневно теряла примерно 0,014% своего состава. Это при том, что основная ее часть действительно воевала, а не прохлаждалась в тылу.

На сегодняшний день у Путина есть две армии. Одна – это собственно российская армия, которой командует великий полководец Шойгу (или уже не командует?). Ее численность – 900 тыс. человек. И другая армия (Росгвардия), которой командует некто Золотов (тупой ублюдок, промышлявший в 90-е рэкетом вместе со своим покойным дружком Ромой Цеповым). Ее численность – 340 тыс. человек.

Итого сегодня у Путина под ружьем 1,24 млн человек. За четыре недели путинское войско потеряло 10 тыс. человек или 0,8% численного состава. Следовательно, всего оно теряло примерно 0,028% своего состава в день.

Таким образом, удельные ежедневные потери в нынешней войне с Украиной у российской армии в два раза (!) выше, чем у Красной армии в войне с Германией.

Это еще нужно учесть, что большая часть путинской армии (80%) не задействована (и не может быть задействована) в войне (в отличие от Красной армии в ВОВ). Если же взять только ту группировку, которая участвует в боях (около 200 тыс.) то нынешние потери составят 0,14% в день или в 10 (!) раз выше, чем в войне с немцами.

Красная армия времен Второй мировой войны вошла в историю как армия, которая совсем не жалела своих солдат. Хрестоматийным стал пример, как Жуков хвастался перед Эйзенхауэром изобретенным им способом быстро преодолевать минные поля: нужно просто гнать солдат через них без разминирования.

На недоуменный взгляд американца наш великий полководец ответил, что по его подсчетам потери при таком методе не выше, чем при попадании под артобстрел на марше. Немая сцена…

И вот эта армия теряла в той войне в 10 раз меньше солдат, чем нынешняя путинское войско в войне с Украиной. Я не шучу. Вы можете проверить мои цифры. Это просто дикость и безумие – так вести войну.

читать дальше